ВСознаньеДосье org.
В сознанье Досье текст. Пылают минуты, как будто живые, Зовут своим блеском к случайной игре. Щемящее чувство забытой России Засело глубоко в сознанья досье. Как много утеряно с целой эпохи! Разрушены связи, разорванный ритм. На белой повязке красуется осень, На старом окне — пересохшая пыль. Кирпичные стены как будто родные, Гранитная надпись и дата видна. Решётки чугунные, как часовые, На страже ушедших времён допоздна. Всё бренно, всё гласно: и страсть, и застолье. Так хочется вскрикнуть: «Достала она!» Да?! Хочется вскрикнуть: «Достала она!» Великой эпохи разрозненны вздохи, Сомнения живы, и нет им числа. Вдруг свечи погасли, пришло избавленье, И дух возродился, взлетая со дна. Прорезал сквозь небо к светящейся трели — Там, где яркий свет, не видна Луна. Я знаю о том, что грядёт просвещенье, Истоки вернутся, воскреснет она. Великой надежды печальная осень — Закончится сумрак, и грянет Весна. Великой надежды печальная осень — Закончится стужа, и грянет Весна!
В сознанье Досье текст. Пылают минуты, как будто живые, Зовут своим блеском к случайной игре. Щемящее чувство забытой России Засело глубоко в сознанья досье. Как много утеряно с целой эпохи! Разрушены связи, разорванный ритм. На белой повязке красуется осень, На старом окне — пересохшая пыль. Кирпичные стены как будто родные, Гранитная надпись и дата видна. Решётки чугунные, как часовые, На страже ушедших времён допоздна. Всё бренно, всё гласно: и страсть, и застолье. Так хочется вскрикнуть: «Достала она!» Да?! Хочется вскрикнуть: «Достала она!» Великой эпохи разрозненны вздохи, Сомнения живы, и нет им числа. Вдруг свечи погасли, пришло избавленье, И дух возродился, взлетая со дна. Прорезал сквозь небо к светящейся трели — Там, где яркий свет, не видна Луна. Я знаю о том, что грядёт просвещенье, Истоки вернутся, воскреснет она. Великой надежды печальная осень — Закончится сумрак, и грянет Весна. Великой надежды печальная осень — Закончится стужа, и грянет Весна!




